
Сломанные крылья
الأجنحة المتكسرة
Джебран Халиль Джебран · 1912
Первая любовь юноши в Бейруте, разбитая деньгами, властью и браком по расчёту.
Начало книги
Оригинальный текст: под каждой строкой её перевод.
كنت في الثامنة عشرة عندما فتح الحب عيني بأشعته السحرية، ولمس نفسي لأول مرة بأصابعه النارية.
Мне было восемнадцать лет, когда любовь открыла мне глаза своими волшебными лучами и впервые коснулась моей души огненными перстами.
وكانت سلمى كرامة المرأة الأولى التي أيقظت روحي بمحاسنها، ومشت أمامي إلى جنة العواطف العلوية، حيث تمر الأيام كالأحلام وتنقضي الليالي كالأعراس.
И Сальма Карама была первой женщиной, что пробудила мой дух своей красотой и пошла впереди меня в рай возвышенных чувств, где дни проходят, как сны, а ночи кончаются, как свадьбы.
سلمى كرامة هي علمتني عبادة الجمال بجمالها، وأرتني خفايا الحب بانعطافها، وهي التي أنشدت على مسمعي أول بيت من قصيدة الحياة المعنوية.
Сальма Карама своей красотой научила меня поклоняться красоте, своей нежностью открыла мне тайны любви, и это она пропела мне первую строку поэмы духовной жизни.
أي فتى لا يذكر الصبية الأولى التي أبدلت غفلة شبيبته بيقظة هائلة بلطفها، جارحة بعذوبتها، فتاكة بحلاوتها؟
Какой юноша не помнит первую девушку, что своей нежностью сменила беспечность его юности потрясающим пробуждением, ранящим своей сладостью, смертельным своей отрадой?
من منا لا يذوب حنينا إلى تلك الساعة الغريبة التي إذا انتبه فيها فجأة رأى كليته قد انقلبت وتحولت،
Кто из нас не тает от тоски по тому странному часу, когда, внезапно очнувшись, он увидел, что всё его существо перевернулось и преобразилось,
وأعماقه قد اتسعت وانبسطت وتبطنت بانفعالات لذيذة بكل ما فيها من مرارة الكتمان، مستحبة بكل ما يكتنفها من الدموع والشوق والسهاد؟
а глубины его расширились, распахнулись и наполнились сладостными волнениями, со всей горечью утаивания, что в них есть, желанными со всеми слезами, тоской и бессонницей, что их окружают?
لكل فتى سلمى تظهر على حين غفلة في ربيع حياته، وتجعل لانفراده معنى شعريا، وتبدل وحشة أيامه بالأنس، وسكينة لياليه بالأنغام.
У каждого юноши есть своя Сальма, что внезапно является весной его жизни, придаёт его одиночеству поэтический смысл и сменяет пустынность его дней отрадой, а тишину его ночей напевами.
كنت حائرا بين تأثيرات الطبيعة وموحيات الكتب والأسفار عندما سمعت الحب يهمس بشفتي سلمى في آذان نفسي،
Я блуждал в смятении между влияниями природы и внушениями книг и писаний, когда услышал, как любовь шепчет устами Сальмы в уши моей души,
وكانت حياتي خالية مقفرة باردة شبيهة بسبات آدم في الفردوس عندما رأيت سلمى منتصبة أمامي كعمود النور.
и жизнь моя была пуста, безлюдна и холодна, подобна сну Адама в раю, когда я увидел Сальму, стоящую предо мною, словно столп света.
فسلمى كرامة هي حواء هذا القلب المملوء بالأسرار والعجائب، وهي التي أفهمته كنه هذا الوجود، وأوقفته كالمرآة أمام هذه الأشباح.
Ибо Сальма Карама есть Ева этого сердца, полного тайн и чудес; она дала ему постичь суть этого бытия и поставила его, как зеркало, перед этими призраками.
حواء الأولى أخرجت آدم من الفردوس بإرادتها وانقياده، أما سلمى كرامة فأدخلتني إلى جنة الحب والطهر بحلاوتها واستعدادي، ولكن ما أصاب الإنسان الأول قد أصابني،
Первая Ева вывела Адама из рая своей волей и его покорностью, а Сальма Карама ввела меня в рай любви и чистоты своей сладостью и моей готовностью; но то, что постигло первого человека, постигло и меня,
والسيف الناري الذي طرده من الفردوس هو كالسيف الذي أخافني بلمعان حده، وأبعدني كرها عن جنة المحبة قبل أن أخالف وصية، وقبل أن أذوق طعم ثمار الخير والشر.
и огненный меч, изгнавший его из рая, подобен мечу, что устрашил меня блеском своего лезвия и против воли удалил меня из рая любви прежде, чем я нарушил заповедь, прежде, чем вкусил плодов добра и зла.
واليوم، وقد مرت الأعوام المظلمة طامسة بأقدامها رسوم تلك الأيام، لم يبق لي من ذلك الحلم الجميل سوى تذكارات موجعة ترفرف كالأجنحة غير المنظورة حول رأسي،
И ныне, когда прошли тёмные годы, стирая своими стопами следы тех дней, от того прекрасного сна у меня не осталось ничего, кроме мучительных воспоминаний, что трепещут вокруг моей головы, словно незримые крылья,
مثيرة تنهدات الأسى في أعماق صدري، مستقطرة دموع اليأس والأسف من أجفاني ...
пробуждая вздохи скорби в глубине моей груди и выжимая из моих век слёзы отчаяния и сожаления...
وسلمى؛ سلمى الجميلة العذبة، قد ذهبت إلى ما وراء الشفق الأزرق، ولم يبق من آثارها في هذا العالم سوى غصات أليمة في قلبي، وقبر رخامي منتصب في ظلال أشجار السرو.
А Сальма, прекрасная, нежная Сальма, ушла за синие сумерки, и от неё в этом мире не осталось ничего, кроме горьких спазмов в моём сердце и мраморной гробницы, стоящей в тени кипарисов.
فذلك القبر وهذا القلب هما كل ما بقي ليحدث الوجود عن سلمى كرامة،
Та гробница и это сердце, вот всё, что осталось, чтобы поведать бытию о Сальме Караме,
غير أن السكينة التي تخفر القبور لا تفشي ذلك السر المصون الذي أخفته الآلهة في ظلمات التابوت، والأغصان التي امتصت عناصر الجسد لا تبيح بحفيفها مكنونات الحفرة.
но тишина, что стережёт могилы, не выдаёт той сокровенной тайны, которую боги сокрыли во мраке гроба, и ветви, впитавшие соки тела, не раскрывают своим шелестом того, что таит яма.
أما غصات هذا القلب وأوجاعه فهي التي تتكلم وهي التي تنسكب الآن مع قطرات الحبر السوداء معلنة للنور أشباح تلك المأساة التي مثلها الحب والجمال والموت.
Говорят лишь спазмы и боли этого сердца; это они изливаются сейчас вместе с чёрными каплями чернил, являя свету призраки той трагедии, которую разыграли любовь, красота и смерть.
فيا أصدقاء شبيبتي المنتشرين في بيروت، إذا مررتم بتلك المقبرة القريبة من غابة الصنوبر فادخلوها صامتين،
О друзья моей юности, рассеянные по Бейруту, если вы будете проходить мимо того кладбища у соснового леса, войдите в него молча,
وسيروا ببطء كيلا تزعج أقدامكم رفات الراقدين تحت أطباق الثرى، وقفوا متهيبين بجانب قبر سلمى وحيوا عني التراب الذي ضم جثمانها.
и ступайте медленно, чтобы ваши шаги не потревожили прах спящих под пластами земли; встаньте с благоговением у могилы Сальмы и приветствуйте от меня землю, что приняла её тело.
ثم اذكروني بتنهدة قائلين في نفوسكم: ههنا دفنت آمال ذلك الفتى الذي نفته صروف الدهر إلى ما وراء البحار،
Потом вспомните меня со вздохом, говоря в душе своей: здесь погребены надежды того юноши, которого превратности судьбы изгнали за моря,
وههنا توارت أمانيه، وانزوت أفراحه، وغارت دموعه، واضمحلت ابتساماته، وبين هذه المدافن الخرساء تنمو كآبته مع أشجار السرو والصفصاف،
здесь скрылись его мечты, затаились его радости, иссякли его слёзы и угасли его улыбки, и среди этих немых могил растёт его печаль вместе с кипарисами и ивами,
وفوق هذا القبر ترفرف روحه كل ليلة مستأنسة بالذكرى، مرددة مع أشباح الوحشة ندبات الحزن والأسى،
и над этой могилой каждую ночь трепещет его душа, утешаясь воспоминанием, повторяя с призраками одиночества плачи скорби и горя,
نائحة مع الغصون على صبية كانت بالأمس نغمة شجية بين شفتي الحياة، فأصبحت اليوم سرا صامتا في صدر الأرض.
оплакивая вместе с ветвями девушку, что вчера была печальной мелодией на устах жизни, а сегодня стала безмолвной тайной в груди земли.
أستحلفكم يا رفاق الصبا بالنساء اللواتي أحبتهن قلوبكم أن تضعوا أكاليل الأزهار على قبر المرأة التي أحبها قلبي؛
Заклинаю вас, товарищи юности, женщинами, которых любили ваши сердца: возложите венки из цветов на могилу женщины, которую любило моё сердце;
فرب زهرة تلقونها على ضريح منسي تكون كقطرة الندى التي تسكبها أجفان الصباح بين أوراق الوردة الذابلة.
ибо, быть может, цветок, брошенный вами на забытую гробницу, подобен капле росы, которую веки утра проливают меж лепестков увядшей розы.
Книга целиком есть в приложении: слушайте аудио и нажимайте на незнакомое слово, чтобы увидеть перевод.
Learn Arabic выходит 1 декабря
Приложение почти готово: арабский алфавит с нуля, грамматика, больше 2500 слов с озвучкой и классика в оригинале, например «Сломанные крылья» Джебрана. Оставьте почту, и мы напишем вам в день выхода.
Одно письмо в день выхода, и больше ничего.