Капитанская дочка

Береги честь смолоду.

Prenditi cura del tuo onore fin dalla giovane età.

Пословица.

Proverbio.

— Был бы гвардии он завтра ж капитан.

— Domani sarebbe capitano della guardia.

— Того не надобно; пусть в армии послужит.

- Non è necessario; che presti servizio nell'esercito.

— Изрядно сказано! пускай его потужит...

- Ben detto! Lasciatelo soffrire...

Да кто его отец?

Chi è suo padre?

Княжнин.

Knyazhnin.

Отец мой Андрей Петрович Гринев в молодости своей служил при графе Минихе и вышел в отставку премьер-майором в 17.. году. С тех пор жил он в своей Симбирской деревне, где и женился на девице Авдотье Васильевне Ю., дочери бедного тамошнего дворянина.

Mio padre, Andrei Petrovich Grinev, prestò servizio sotto il conte Minich in gioventù e si ritirò con il grado di primo maggiore nel 17. Da allora visse nel suo villaggio natale di Simbirsk, dove sposò una giovane donna, Avdotya Vasilievna Yu., figlia di un povero nobile locale.

Нас было девять человек детей. Все мои братья и сестры умерли во младенчестве.

Eravamo nove figli. Tutti i miei fratelli e sorelle sono morti in tenera età.

Матушка была еще мною брюхата, как уже я был записан в Семеновский полк сержантом, по милости майора гвардии князя В., близкого нашего родственника.

Mentre mia madre era ancora incinta di me, ero già stato arruolato nel reggimento Semenovsky come sergente, per grazia del maggiore delle guardie principe V, un nostro parente stretto.

Если бы паче всякого чаяния матушка родила дочь, то батюшка объявил бы куда следовало о смерти неявившегося сержанта, и дело тем бы и кончилось. Я считался в отпуску до окончания наук. В то время воспитывались мы не по-нонешнему.

Se, contro ogni previsione, mia madre avesse dato alla luce una figlia, mio ​​padre avrebbe denunciato la morte del sergente scomparso alle autorità competenti, e la questione si sarebbe chiusa lì. Sarei stato considerato in congedo fino al termine degli studi. A quei tempi l'educazione era diversa.

С пятилетнего возраста отдан я был на руки стремянному Савельичу, за трезвое поведение пожалованному мне в дядьки. Под его надзором на двенадцатом году выучился я русской грамоте и мог очень здраво судить о свойствах борзого кобеля.

All'età di cinque anni, fui affidato allo stalliere Savelich, al quale, per il mio comportamento impeccabile, fu conferito il titolo di "capo". Sotto la sua supervisione, a dodici anni, imparai a leggere e scrivere in russo e fui in grado di valutare con grande precisione le qualità di un levriero.

В это время батюшка нанял для меня француза, мосье Бопре, которого выписали из Москвы вместе с годовым запасом вина и прованского масла. Приезд его сильно не понравился Савельичу.

In quel periodo, mio ​​padre mi assunse un francese, Monsieur Beaupré, che era stato portato da Mosca insieme a una scorta annuale di vino e olio d'oliva. Savelich non fu affatto contento del suo arrivo.

«Слава богу, — ворчал он про себя, — кажется, дитя умыт, причесан, накормлен. Куда как нужно тратить лишние деньги и нанимать мусье, как будто и своих людей не стало!»

"Grazie a Dio", borbottò tra sé, "a quanto pare il bambino è stato lavato, pettinato e nutrito. Che spreco di soldi, assumere un signore, come se non avessimo nemmeno i nostri dipendenti!"

Бопре в отечестве своем был парикмахером, потом в Пруссии солдатом, потом приехал в Россию pour etre outchitel, не очень понимая значение этого слова. Он был добрый малый, но ветрен и беспутен до крайности.

Beaupré era un barbiere nella sua terra natale, poi un soldato in Prussia, e infine arrivò in Russia come barbiere, senza comprenderne appieno il significato. Era un bravo ragazzo, ma volubile e dissoluto all'estremo.

Главною его слабостию была страсть к прекрасному полу; нередко за свои нежности получал он толчки, от которых охал по целым суткам. К тому же не был он (по его выражению) и врагом бутылки, т. е. (говоря по-русски) любил хлебнуть лишнее.

La sua più grande debolezza era la passione per il gentil sesso; spesso, la sua tenerezza gli procurava una spinta che lo faceva gemere per giorni e giorni. Inoltre, non era (come diceva lui) un nemico della bottiglia, cioè (per dirla in russo) amava bere un po' troppo.

Но как вино подавалось у нас только за обедом, и то по рюмочке, причем учителя обыкновенно и обносили, то мой Бопре очень скоро привык к русской настойке и даже стал предпочитать ее винам своего отечества, как не в пример более полезную для желудка.

Ma poiché a casa nostra il vino veniva servito solo a cena, e solo al bicchiere, e di solito erano gli insegnanti a passarlo tra gli ospiti, il mio Beaupré si abituò ben presto al liquore russo e iniziò persino a preferirlo ai vini del suo paese, considerandolo molto più salutare per lo stomaco.

Мы тотчас поладили, и хотя по контракту обязан он был учить меня по-французски, по-немецки и всем наукам, но он предпочел наскоро выучиться от меня кое-как болтать по-русски, — и потом каждый из нас занимался уже своим делом. Мы жили душа в душу.

Ci siamo trovati subito bene e, sebbene il suo contratto lo obbligasse a insegnarmi francese, tedesco e tutte le materie scientifiche, preferì imparare velocemente da me qualche nozione di russo, dopodiché ognuno si dedicò ai propri affari. Vivevamo in perfetta armonia.

Другого ментора я и не желал. Но вскоре судьба нас разлучила, и вот по какому случаю:

Non desideravo un altro mentore. Ma il destino ci separò presto, e per questo motivo:

Прачка Палашка, толстая и рябая девка, и кривая коровница Акулька как-то согласились в одно время кинуться матушке в ноги, винясь в преступной слабости и с плачем жалуясь на мусье, обольстившего их неопытность.

Palashka, la lavandaia, una ragazza grassa e butterata, e Akulka, il mandriano con un occhio solo, si accordarono in qualche modo per gettarsi contemporaneamente ai piedi della madre, incolpandosi a vicenda della propria debolezza criminale e lamentandosi in lacrime del monsieur che aveva sedotto la loro inesperienza.

Матушка шутить этим не любила и пожаловалась батюшке. У него расправа была коротка. Он тотчас потребовал каналью француза. Доложили, что мусье давал мне свой урок. Батюшка пошел в мою комнату. В это время Бопре спал на кровати сном невинности.

La mamma non gradì lo scherzo e si lamentò con il papà. La sua reazione fu di breve durata. Chiese subito al mascalzone francese di portarmelo. Si sparse la voce che il signore mi stesse dando una lezione. Il papà andò nella mia stanza. Intanto Beaupré dormiva il sonno dell'innocenza nel suo letto.

Я был занят делом. Надобно знать, что для меня выписана была из Москвы географическая карта. Она висела на стене безо всякого употребления и давно соблазняла меня шириною и добротою бумаги.

Ero impegnato. Dovete sapere che mi era stata ordinata una cartina geografica da Mosca. Era appesa al muro, inutilizzata, e da tempo mi tentava per la sua larghezza e la qualità della carta.

Я решился сделать из нее змей и, пользуясь сном Бопре, принялся за работу. Батюшка вошел в то самое время, как я прилаживал мочальный хвост к Мысу Доброй Надежды.

Decisi di farne un aquilone e, approfittando del sonno di Beaupré, mi misi al lavoro. Papà entrò proprio mentre stavo attaccando la coda di vimini al Capo di Buona Speranza.

Увидя мои упражнения в географии, батюшка дернул меня за ухо, потом подбежал к Бопре, разбудил его очень неосторожно и стал осыпать укоризнами. Бопре в смятении хотел было привстать и не мог: несчастный француз был мертво пьян. Семь бед, один ответ.

Vedendomi fare geografia, il prete mi tirò l'orecchio, poi corse da Beaupré, lo svegliò piuttosto bruscamente e cominciò a sommergerlo di rimproveri. Confuso, Beaupré cercò di mettersi seduto ma non ci riuscì: lo sfortunato francese era ubriaco fradicio. Sette guai, una sola soluzione.

Батюшка за ворот приподнял его с кровати, вытолкал из дверей и в тот же день прогнал со двора, к неописанной радости Савельича. Тем и кончилось мое воспитание.

Mio padre lo sollevò dal letto per il colletto, lo spinse fuori dalla porta e, quello stesso giorno, lo cacciò fuori dal cortile, con indicibile gioia di Savelich. Quella fu la fine della mia educazione.

Я жил недорослем, гоняя голубей и играя в чехарду с дворовыми мальчишками. Между тем минуло мне шестнадцать лет. Тут судьба моя переменилась.

Ho vissuto la mia giovinezza inseguendo i piccioni e giocando a saltare la corda con i ragazzi del cortile. Nel frattempo, ho compiuto sedici anni. Poi il mio destino è cambiato.

Однажды осенью матушка варила в гостиной медовое варенье, а я, облизываясь, смотрел на кипучие пенки. Батюшка у окна читал Придворный календарь, ежегодно им получаемый.

Un giorno d'autunno, mia madre stava preparando la marmellata di miele in salotto e io, leccandomi le labbra, osservavo la schiuma che si formava. Papà era vicino alla finestra, intento a leggere il Calendario di Corte, che riceveva ogni anno.

Эта книга имела всегда сильное на него влияние: никогда не перечитывал он ее без особенного участия, и чтение это производило в нем всегда удивительное волнение желчи.

Questo libro ha sempre avuto una forte influenza su di lui: non lo rileggeva mai senza una partecipazione particolare, e la sua lettura gli provocava sempre un'incredibile eccitazione, un misto di disgusto e stigmatizzazione.

Матушка, знавшая наизусть все его свычаи и обычаи, всегда старалась засунуть несчастную книгу как можно подалее, и таким образом Придворный календарь не попадался ему на глаза иногда по целым месяцам.

Sua madre, che conosceva a memoria tutti i suoi usi e costumi, cercava sempre di allontanare quel libro sfortunato il più possibile, e così a volte il Calendario di Corte non gli capitava tra le mani per interi mesi.

Зато, когда он случайно его находил, то, бывало, по целым часам не выпускал уж из своих рук. Итак, батюшка читал Придворный календарь, изредка пожимая плечами и повторяя вполголоса: «Генерал-поручик!.. Он у меня в роте был сержантом!..

Ma quando lo trovava per caso, a volte lo teneva in mano per ore. Così, mio ​​padre leggeva il Calendario della Corte, scrollando di tanto in tanto le spalle e ripetendo a bassa voce: "Tenente Generale! Era un sergente nella mia compagnia!"

Обоих российских орденов кавалер!.. А давно ли мы...» Наконец батюшка швырнул календарь на диван и погрузился в задумчивость, не предвещавшую ничего доброго.

Un cavaliere di entrambi gli ordini russi!... E quanto tempo fa...” Infine, il prete gettò il calendario sul divano e si abbandonò a una fantasticheria che non prometteva nulla di buono.

Вдруг он обратился к матушке: «Авдотья Васильевна, а сколько лет Петруше?»

Improvvisamente si rivolse alla madre: "Avdotya Vasilievna, quanti anni ha Petrusha?"

— Да вот пошел семнадцатый годок, — отвечала матушка. — Петруша родился в тот самый год, как окривела тетушка Настасья Гарасимовна, и когда еще...

"Beh, ha già compiuto diciassette anni", rispose la mamma. "Petrushka è nato lo stesso anno in cui la zia Nastasya Garasimovna è diventata cieca, e quando..."

«Добро, — прервал батюшка, — пора его в службу. Полно ему бегать по девичьим да лазить на голубятни».

«Benissimo», interruppe il prete, «è ora che vada al lavoro. Ne ha avuto abbastanza di correre per le stanze delle ragazze e di arrampicarsi nelle colombaie».

Мысль о скорой разлуке со мною так поразила матушку, что она уронила ложку в кастрюльку, и слезы потекли по ее лицу. Напротив того, трудно описать мое восхищение.

Il pensiero della mia imminente separazione sconvolse a tal punto mia madre che lasciò cadere il cucchiaio nella pentola e le lacrime le rigarono il viso. Al contrario, è difficile descrivere la mia gioia.

Мысль о службе сливалась во мне с мыслями о свободе, об удовольствиях петербургской жизни. Я воображал себя офицером гвардии, что, по мнению моему, было верхом благополучия человеческого.

Il pensiero del servizio si fuse in me con quello della libertà e dei piaceri della vita a San Pietroburgo. Mi immaginavo come un ufficiale delle guardie, che, a mio avviso, rappresentava l'apice del benessere umano.

Батюшка не любил ни переменять свои намерения, ни откладывать их исполнение. День отъезду моему был назначен. Накануне батюшка объявил, что намерен писать со мною к будущему моему начальнику, и потребовал пера и бумаги.

A mio padre non piaceva cambiare i suoi piani né rimandarne la realizzazione. Il giorno della mia partenza era stato fissato. Il giorno prima, mio ​​padre annunciò che intendeva scrivere con me al mio futuro superiore e chiese carta e penna.

— Не забудь, Андрей Петрович, — сказала матушка, — поклониться и от меня князю Б.; я, дескать, надеюсь, что он не оставит Петрушу своими милостями.

«Non dimenticare, Andrej Petrovich», disse la madre, «di portare i miei saluti al principe B.; spero, come dici tu, che non abbandoni Petrusha con i suoi favori».

— Что за вздор! — отвечал батюшка нахмурясь. — К какой стати стану я писать к князю Б.?

«Che assurdità!» rispose il prete, accigliato. «Perché dovrei scrivere al principe B.?»

— Да ведь ты сказал, что изволишь писать к начальнику Петруши?

- Ma avevi detto che ti sarebbe piaciuto scrivere al capo di Petrusha?

— Ну, а там что?

- Bene, cosa c'è lì?

— Да ведь начальник Петрушин — князь Б. Ведь Петруша записан в Семеновский полк.

- Ma il capo di Petrushin è il principe B. Dopotutto, Petrushin è arruolato nel reggimento Semenovsky.

— Записан! А мне какое дело, что он записан? Петруша в Петербург не поедет. Чему научится он, служа в Петербурге? мотать да повесничать? Нет, пускай послужит он в армии, да потянет лямку, да понюхает пороху, да будет солдат, а не шаматон.

— Si è arruolato! E che me ne importa se si è arruolato? Petrusha non andrà a San Pietroburgo. Cosa imparerà a servire a San Pietroburgo? A sperperare soldi e a fare il libertino? No, che si arruoli nell'esercito, che tiri la cinghia, che senta l'odore della polvere da sparo e che sia un soldato, non un ciarlatano.

Записан в гвардии! Где его пашпорт? подай его сюда.

È registrato nelle guardie! Dov'è il suo passaporto? Dammelo.

Матушка отыскала мой паспорт, хранившийся в ее шкатулке вместе с сорочкою, в которой меня крестили, и вручила его батюшке дрожащею рукою. Батюшка прочел его со вниманием, положил перед собою на стол и начал свое письмо.

La mamma trovò il mio passaporto, che teneva nel portagioie insieme alla camicia con cui ero stato battezzato, e lo porse al papà con mano tremante. Il papà lo lesse attentamente, lo posò sul tavolo davanti a sé e iniziò a scrivere la sua lettera.

Любопытство меня мучило: куда ж отправляют меня, если уж не в Петербург? Я не сводил глаз с пера батюшкина, которое двигалось довольно медленно.

Ero tormentato dalla curiosità: dove mi stavano mandando, se non a San Pietroburgo? Tenevo d'occhio la penna di mio padre, che si muoveva piuttosto lentamente.

Наконец он кончил, запечатал письмо в одном пакете с паспортом, снял очки и, подозвав меня, сказал: «Вот тебе письмо к Андрею Карловичу Р., моему старинному товарищу и другу. Ты едешь в Оренбург служить под его начальством».

Finalmente, terminò, sigillò la lettera nella stessa busta con il passaporto, si tolse gli occhiali e, chiamandomi, disse: "Ecco una lettera per Andrei Karlovich R., mio ​​vecchio compagno e amico. Andrai a Orenburg per servire sotto il suo comando."

Итак, все мои блестящие надежды рушились! Вместо веселой петербургской жизни ожидала меня скука в стороне глухой и отдаленной. Служба, о которой за минуту думал я с таким восторгом, показалась мне тяжким несчастием. Но спорить было нечего.

Così, tutte le mie brillanti speranze andarono in frantumi! Invece della gioiosa vita di San Pietroburgo, mi attendeva la noia in un luogo remoto e isolato. Il servizio a cui avevo pensato con tanta gioia un attimo prima ora mi sembrava una grave sventura. Ma non c'era modo di discutere.

На другой день поутру подвезена была к крыльцу дорожная кибитка; уложили в нее чемодан, погребец с чайным прибором и узлы с булками и пирогами, последними знаками домашнего баловства. Родители мои благословили меня. Батюшка сказал мне: «Прощай, Петр.

La mattina seguente, un carro da viaggio fu portato davanti alla veranda; vi caricarono una valigia, una piccola cantina con utensili da tè e pacchi di panini e torte, gli ultimi segni di una piccola indulgenza domestica. I miei genitori mi benedissero. Papà mi disse: "Addio, Peter.

Служи верно, кому присягнешь; слушайся начальников; за их лаской не гоняйся; на службу не напрашивайся; от службы не отговаривайся; и помни пословицу: береги платье снову, а честь смолоду».

Servi fedelmente chiunque tu abbia giurato fedeltà; obbedisci ai tuoi superiori; non cercare i loro favori; non mendicare per servire; non cercare scuse per evitare il servizio; e ricorda il proverbio: "Abbi cura del tuo vestito fin dalla nascita e del tuo onore fin dalla giovinezza".

Матушка в слезах наказывала мне беречь мое здоровье, а Савельичу смотреть за дитятей. Надели на меня заячий тулуп, а сверху лисью шубу. Я сел в кибитку с Савельичем и отправился в дорогу, обливаясь слезами.

Mia madre, in lacrime, mi disse di prendermi cura della mia salute e a Savelich di badare al bambino. Mi vestirono con un cappotto di pelle di lepre e sopra mi misero un cappotto di pelliccia di volpe. Salii sulla kibitka con Savelich e mi misi in viaggio, con le lacrime che mi rigavano il viso.

В ту же ночь приехал я в Симбирск, где должен был пробыть сутки для закупки нужных вещей, что и было поручено Савельичу. Я остановился в трактире. Савельич с утра отправился по лавкам.

Quella stessa notte arrivai a Simbirsk, dove avrei dovuto fermarmi un giorno per comprare le cose necessarie, compito che era stato affidato a Savelich. Alloggiai in una locanda. Savelich andò a fare la spesa la mattina seguente.

Соскуча глядеть из окна на грязный переулок, я пошел бродить по всем комнатам. Вошед в биллиардную, увидел я высокого барина лет тридцати пяти, с длинными черными усами, в халате, с кием в руке и с трубкой в зубах.

Annoiato di guardare fuori dalla finestra il vicolo sporco, ho vagato per tutte le stanze. Entrando nella sala da biliardo, ho visto un signore alto, di circa trentacinque anni, con lunghi baffi neri, che indossava una vestaglia, con una stecca in mano e una pipa tra i denti.

Он играл с маркером, который при выигрыше выпивал рюмку водки, а при проигрыше должен был лезть под биллиард на четверинках. Я стал смотреть на их игру.

Giocava con un avversario che, quando vinceva, beveva un bicchierino di vodka, e quando perdeva, doveva strisciare a quattro zampe sotto il tavolo da biliardo. Ho iniziato a guardarli giocare.

Чем долее она продолжалась, тем прогулки на четверинках становились чаще, пока наконец маркер остался под биллиардом. Барин произнес над ним несколько сильных выражений в виде надгробного слова и предложил мне сыграть партию. Я отказался по неумению.

Più il tempo passava, più frequenti diventavano gli strisciamenti, finché alla fine il segnalino non fu lasciato sotto il tavolo da biliardo. Il maestro pronunciò alcune parole forti a riguardo, quasi un elogio funebre, e mi invitò a fare una partita. Rifiutai, a causa della mia incompetenza.

Это показалось ему, по-видимому, странным. Он поглядел на меня как бы с сожалением; однако мы разговорились.

La cosa gli sembrò strana. Mi guardò con un'espressione di rammarico; tuttavia, iniziammo a conversare.

Я узнал, что его зовут Иваном Ивановичем Зуриным, что он ротмистр гусарского полку и находится в Симбирске при приеме рекрут, а стоит в трактире. Зурин пригласил меня отобедать с ним вместе чем бог послал, по-солдатски. Я с охотою согласился.

Ho appreso che si chiamava Ivan Ivanovich Zurin, che era capitano di un reggimento di ussari e che si trovava a Simbirsk, intento a reclutare nuove leve, in una taverna. Zurin mi invitò a cena con lui, con tutto ciò che Dio aveva a disposizione, come si conviene a un soldato. Accettai con entusiasmo.

Мы сели за стол. Зурин пил много и потчевал и меня, говоря, что надобно привыкать ко службе; он рассказывал мне армейские анекдоты, от которых я со смеху чуть не валялся, и мы встали из-за стола совершенными приятелями.

Ci sedemmo a tavola. Zurin bevve parecchio e mi offrì da bere, dicendo che dovevo abituarmi alla vita militare; mi raccontò delle barzellette sull'esercito che mi fecero quasi scoppiare a ridere, e ci alzammo da tavola come perfetti amici.

Тут вызвался он выучить меня играть на биллиарде. «Это, — говорил он, — необходимо для нашего брата служивого. В походе, например, придешь в местечко — чем прикажешь заняться? Ведь не все же бить жидов.

Poi si offrì di insegnarmi a giocare a biliardo. "Questo", disse, "è fondamentale per i nostri commilitoni. Per esempio, in campagna, se arrivi in ​​una piccola città, cosa dovresti fare? Dopotutto, non puoi certo picchiare gli ebrei."

Поневоле пойдешь в трактир и станешь играть на биллиарде; а для того надобно уметь играть!» Я совершенно был убежден и с большим прилежанием принялся за учение.

Sarai costretto ad andare in taverna e a iniziare a giocare a biliardo; e per questo devi saper giocare!" Ero completamente convinto e mi misi a imparare con grande impegno.

Зурин громко ободрял меня, дивился моим быстрым успехам и, после нескольких уроков, предложил мне играть в деньги, по одному грошу, не для выигрыша, а так, чтоб только не играть даром, что, по его словам, самая скверная привычка.

Zurin mi incoraggiò calorosamente, si meravigliò del mio rapido successo e, dopo alcune lezioni, mi suggerì di giocare per soldi, un centesimo alla volta, non per vincere, ma solo per non giocare gratis, che, secondo lui, è la peggiore abitudine.

Я согласился и на то, а Зурин велел подать пуншу и уговорил меня попробовать, повторяя, что к службе надобно мне привыкать; а без пуншу что и служба! Я послушался его. Между тем игра наша продолжалась.

Accettai anche quello, e Zurin ordinò del punch e mi convinse ad assaggiarlo, ripetendo che dovevo abituarmi al servizio; e senza punch, che servizio sarebbe? Gli obbedii. Nel frattempo, la nostra partita continuò.

Чем чаще прихлебывал я от моего стакана, тем становился отважнее. Шары поминутно летали у меня через борт; я горячился, бранил маркера, который считал бог ведает как, час от часу умножал игру, словом — вел себя как мальчишка, вырвавшийся на волю.

Più spesso sorseggiavo dal mio bicchiere, più mi facevo audace. Le palline volavano continuamente oltre il bordo del mio bicchiere; mi scaldavo, rimproveravo il segnapunti, che contava chissà come, aumentavo la durata del gioco di ora in ora, insomma, mi comportavo come un ragazzino che si era liberato.

Между тем время прошло незаметно. Зурин взглянул на часы, положил кий и объявил мне, что я проиграл сто рублей. Это меня немножко смутило. Деньги мои были у Савельича. Я стал извиняться. Зурин меня прервал: «Помилуй! Не изволь и беспокоиться.

Nel frattempo, il tempo scorreva inosservato. Zurin diede un'occhiata all'orologio, posò la stecca e annunciò che avevo perso cento rubli. La cosa mi confuse un po'. Savelich aveva i miei soldi. Stavo per scusarmi. Zurin mi interruppe: "Abbi pietà! Non disturbarmi."

Я могу и подождать, а покамест поедем к Аринушке».

Posso aspettare, ma per ora andremo da Arinushka.

Что прикажете? День я кончил так же беспутно, как и начал. Мы отужинали у Аринушки. Зурин поминутно мне подливал, повторяя, что надобно к службе привыкать. Встав из-за стола, я чуть держался на ногах; в полночь Зурин отвез меня в трактир.

Cosa ordini? Ho concluso la giornata in modo dissoluto come l'avevo iniziata. Abbiamo cenato da Arinushka. Zurin continuava a riempirmi il bicchiere, ripetendo che dovevo abituarmi al lavoro. Quando mi sono alzato da tavola, riuscivo a malapena a stare in piedi; a mezzanotte, Zurin mi ha portato in taverna.

Савельич встретил нас на крыльце. Он ахнул, увидя несомненные признаки моего усердия к службе. «Что это, сударь, с тобою сделалось? — сказал он жалким голосом, — где ты это нагрузился? Ахти господи! отроду такого греха не бывало!» — «Молчи, хрыч!

Savelich ci incontrò sulla veranda. Ansimò, vedendo i segni inequivocabili del mio zelo per il dovere. "Che cosa le è successo, signore?" disse con voce pietosa. "Dove l'ha preso? Santo cielo! Non ho mai commesso un peccato simile in vita mia!" "Sta' zitto, bastardo!"

— отвечал я ему, запинаясь, — ты, верно, пьян, пошел спать... и уложи меня».

«Gli risposi con esitazione: "Probabilmente sei ubriaco, vai a letto... e mettimi a letto anche tu."»

На другой день я проснулся с головною болью, смутно припоминая себе вчерашние происшествия. Размышления мои прерваны были Савельичем, вошедшим ко мне с чашкою чая. «Рано, Петр Андреич, — сказал он мне, качая головою, — рано начинаешь гулять.

Il giorno dopo mi svegliai con il mal di testa, ricordando vagamente gli eventi del giorno precedente. I miei pensieri furono interrotti da Savelich, che entrò con una tazza di tè. "È presto, Pyotr Andreevich", mi disse scuotendo la testa, "è presto per iniziare a camminare."

И в кого ты пошел? Кажется, ни батюшка, ни дедушка пьяницами не бывали; о матушке и говорить нечего: отроду, кроме квасу, в рот ничего не изволили брать. А кто всему виноват? проклятый мусье.

E da chi hai preso? A quanto pare né tuo padre né tuo nonno erano ubriaconi; e per di più, tua madre: fin dalla nascita, non hanno mai toccato altro che kvass. E di chi è la colpa di tutto questo? Di quel dannato monsieur.

То и дело, бывало, к Антипьевне забежит: „Мадам, же ву при, водкю“. Вот тебе и же ву при! Нечего сказать: добру наставил, собачий сын. И нужно было нанимать в дядьки басурмана, как будто у барина не стало и своих людей!»

Ogni tanto, si imbatteva in Antipyevna: "Signora, vorrei un po' di vodka". Beh, ne prendo un po'! Che dire: quel figlio di cane mi ha dato una bella lezione. E dovevano assumere un infedele come assistente, come se il padrone non avesse uomini suoi!

Мне было стыдно. Я отвернулся и сказал ему: «Поди вон, Савельич; я чаю не хочу». Но Савельича мудрено было унять, когда, бывало, примется за проповедь. «Вот видишь ли, Петр Андреич, каково подгуливать. И головке-то тяжело, и кушать-то не хочется.

Mi sentii in imbarazzo. Mi voltai e gli dissi: "Vattene, Savelich; non voglio il tè". Ma era difficile calmare Savelich quando iniziava a predicare. "Vedi, Pyotr Andreyevich, cosa significa essere in libertà. Ho la testa pesante e non ho nemmeno voglia di mangiare."

Человек пьющий ни на что не годен... Выпей-ка огуречного рассолу с медом, а всего бы лучше опохмелиться полстаканчиком настойки. Не прикажешь ли?»

"Un uomo che beve non serve a niente... Bevi un po' di salamoia di cetrioli con miele, ma meglio ancora, cura i postumi della sbornia con mezzo bicchiere di tintura. Ti piacerebbe?"

В это время мальчик вошел и подал мне записку от И. И. Зурина. Я развернул ее и прочел следующие строки:

In quel momento, entrò un ragazzo e mi porse un biglietto di I. I. Zurin. Lo aprii e lessi le seguenti righe:

«Любезный Петр Андреевич, пожалуйста пришли мне с моим мальчиком сто рублей, которые ты мне вчера проиграл. Мне крайняя нужда в деньгах.

"Caro Pyotr Andreevich, la prego di inviare a me e a mio figlio i cento rubli che mi ha perso ieri. Ho un disperato bisogno di quei soldi."

Готовый ко услугам

Pronto a servire

Иван Зурин».

Ivan Zurin.

Делать было нечего. Я взял на себя вид равнодушный и, обратясь к Савельичу, который был и денег, и белья, и дел моих рачитель, приказал отдать мальчику сто рублей. «Как! зачем?» — спросил изумленный Савельич.

Non c'era niente da fare. Assunsi un'aria indifferente e, rivolgendomi a Savelich, che era il custode del mio denaro, della mia biancheria e dei miei affari, ordinai che al ragazzo venissero dati cento rubli. "Cosa? Perché?" chiese Savelich, sbalordito.

«Я их ему должен», — отвечал я со всевозможной холодностию. «Должен! — возразил Савельич, час от часу приведенный в большее изумление, — да когда же, сударь, успел ты ему задолжать? Дело что-то не ладно. Воля твоя, сударь, а денег я не выдам».

«Gli devo dei soldi», risposi con tutta la freddezza possibile. «Gli devo dei soldi!», ribatté Savelich, sempre più stupito. «Ma quando, signore, le è venuto un debito? C'è qualcosa che non quadra. La scelta è sua, signore, ma io non le darò i soldi.»

Я подумал, что если в сию решительную минуту не переспорю упрямого старика, то уж в последствии времени трудно мне будет освободиться от его опеки, и, взглянув на него гордо, сказал: «Я твой господин, а ты мой слуга. Деньги мои.

Pensai che se non avessi vinto la discussione con quel vecchio testardo in quel momento cruciale, mi sarebbe stato difficile liberarmi dalla sua influenza in seguito, e guardandolo con orgoglio, dissi: "Io sono il tuo padrone e tu sei il mio servo. Il denaro è mio."

Я их проиграл, потому что так мне вздумалось. А тебе советую не умничать и делать то, что тебе приказывают».

Li ho persi perché era quello che volevo. E vi consiglio di non fare i furbi e di non fare quello che vi viene detto.

Савельич так был поражен моими словами, что сплеснул руками и остолбенел. «Что же ты стоишь!» — закричал я сердито. Савельич заплакал. «Батюшка Петр Андреич, — произнес он дрожащим голосом, — не умори меня с печали. Свет ты мой!

Savelich fu così sconvolto dalle mie parole che si strinse le mani e rimase immobile, sbalordito. "Perché stai lì impalato?" gridai con rabbia. Savelich scoppiò in lacrime. "Padre Pyotr Andreevich", disse con voce tremante, "non mi faccia morire di dolore. La mia luce!"

послушай меня, старика: напиши этому разбойнику, что ты пошутил, что у нас и денег-то таких не водится. Сто рублей! Боже ты милостивый!

Ascoltami, vecchio: scrivi a quel ladro che stavi scherzando, che non abbiamo nemmeno tutti quei soldi. Cento rubli! Santo cielo!

Скажи, что тебе родители крепко-накрепко заказали не играть, окроме как в орехи...» — «Полно врать, — прервал я строго, — подавай сюда деньги или я тебя взашей прогоню».

«Dì loro che i tuoi genitori ti hanno severamente proibito di giocare a qualsiasi gioco tranne che a dadi...» «Smettila di mentire», lo interruppi severamente, «dammi i soldi o ti butto fuori.»

Савельич поглядел на меня с глубокой горестью и пошел за моим долгом. Мне было жаль бедного старика; но я хотел вырваться на волю и доказать, что уж я не ребенок. Деньги были доставлены Зурину. Савельич поспешил вывезти меня из проклятого трактира.

Savelich mi guardò con profonda tristezza e andò a riscuotere il mio debito. Provavo compassione per il povero vecchio, ma volevo liberarmi e dimostrare di non essere più un bambino. Il denaro fu consegnato a Zurin. Savelich si affrettò a portarmi fuori da quella maledetta taverna.

Он явился с известием, что лошади готовы. С неспокойной совестию и с безмолвным раскаянием выехал я из Симбирска, не простясь с моим учителем и не думая с ним уже когда-нибудь увидеться.

Arrivò con la notizia che i cavalli erano pronti. Con la coscienza turbata e un silenzioso rimorso, lasciai Simbirsk senza salutare il mio maestro e senza aspettarmi di rivederlo mai più.